Андрей Рудой: Диалектика русского рэпа

О рэпе в России знают более-менее все. О диалектике, к сожалению, нет. Но так уж вышло, что немецкие философы XIX века открыли законы развития, с помощью которых легко можно проанализировать и осмыслить даже развитие русского хип-хопа — от «динозавров» из Bad Balance до вездесущих Оксимирона и Гнойного. Не верите? Почитайте статью Андрея Рудого.

Всё началось на днях, когда я, будучи школьным учителем, должен был объяснить 10-классникам „закон отрицания отрицания” в диалектике Гегеля, а позднее — и в марксистской диалектике. Причём, объяснить так, чтобы старшеклассники не зазубривали мутную абракадабру о какой-то там спирали развития, а поняли этот закон и смогли с ним работать. Хотя бы на простейшем уровне.

И поскольку на дворе год 2k17, то без чудотворных мантр вроде „тренд”, „(анти)хайп”, „рил ток”, „Versus”, а также без роняний Запада и поездок в магазин Gucci в Санкт-Петербурге до 16-летней аудитории не достучаться. Потому я взял и объяснил диалектику на примере истории русского рэпа. Благо, 2/3 своей жизни, т.е. всю сознательную её часть, я за этим самым рэпом активно наблюдаю и в теме ориентируюсь.

Теперь же в расширенном варианте переношу своё изложение на просторы интернета. Каковы тут мои корыстные цели? Ну, во-первых, многие граждане стали забывать очевидный факт: история (а шире — движение материи) – это не рандомный процесс, а вполне закономерная траектория. История сверхпопулярного ныне хип-хопа — лишнее тому подтверждение. Потому не грех ещё раз попиарить классиков, разгадавших загадки мирового развития.

А во-вторых, всегда интересно заняться культурным терроризмом и закинуть гранату в уютную песочницу чопорных философов, для которых почему-то Гегель, Маркс и Oxxxymiron не могут соседствовать в одном предложении.

Так что клик-клак, товарищи. Мы начинаем.

Закон отрицания отрицания

Для тех, кто не в теме, немецкий философ Гегель и его последователи сформулировали три базовых закона развития, которые применимы где угодно – от процессов на молекулярном уровне до общественных и природных изменений:

– Закон отрицания отрицания;

– Переход количества в качество;

– Единство и борьба противоположностей.

Начнём, пожалуй, с первого закона — тем более, он наиболее отчётливо прослеживается в линии развития российского хип-хопа.

На рубеже тысячелетий русский рэп был ещё до жути маргинальным жанром. Его почитание было сродни служению дьяволу, а также сопряжено с немалыми проблемами — как со стороны непонимающих взрослых, так и со стороны бритоголовых. Тем не менее, в конце 90-х уже завершился период „свободной конкуренции” подпольных рэп-движений и сформировалась первая монополия, которая ассоциировалась с коллективом Bad balance и её лидером Владом Валовым (он же Мастер Шеff). При помощи этой монополии был выпущен прорывной коммерческий продукт тех лет — Децл. Она же являлась главной, если не единственной структурой, дававшей шанс для продвижения молодым талантам. Что уж там говорить, если через фестиваль Валова Rap music прошли почти все звёзды будущей эпохи — от Касты и Многоточия до Смоки Мо.

Но творческий подход Мастера Шеffа и Ко уже тогда начинает вызывать массу нареканий. Надменность, „нетрушность”, коммерциализированность и прочие вещи начинают яростно осуждаться в андеграунд-среде.

И вот в начале нулевых наши подростковые сердца покоряют новые звёзды родом из музыкального “подполья” — Каста и Многоточие. Для глубже погружённых в тему были ещё ЮГ, Злой Дух, NTL, Район моей мечты и масса групп, половину из которых уже вспоминаешь не без труда. Эти люди, поднявшиеся в рамках старой, „валовской” системы, несли принципиально новую парадигму русского рэпа. Если говорить о форме, то это новый стиль рифмовки и подачи, инструменталы с ретро-сэмплами (Влади из Касты здесь, конечно, внёс неоценимый вклад). В текстах появляется больше иносказательности, историй и легенд. Наряду с растущим количеством нецензурщины растёт и литературность. Идея „правильности”, „трушности” становится центральной.

А кто самый „правдивый”, „прохававший жизнь”? Конечно же, пацаны с района. В идеале — не только пьющие пивко по подъездам, но и почитывающие книжки. Такие люди нашлись — они-то и занимают новый рэп-олимп. И мы видим своеобразный итог этого процесса — талантливые гопники, литературно, но с применением жаргона, говорят о жизни, смерти, улице и прочих темах. Это в целом отражало социально-экономическую ситуацию в маргинализированной 90-ми России, где даже дети интеллигенции росли дворовой шпаной, повязанной с криминалом и наркотиками.

Такой тренд существовал большую часть 00-х годов. Со временем появлялись, казалось бы, непохожие друг на друга исполнители — от раннего Смоки Мо, читавшего рэп про психбольницы и внутренний ад, до АК-47, весело вещавших про падики и тупых родственников. Но все они существовали в рамках действующей парадигмы.

Однако со временем границы андеграунда и „трушности” размываются. Каста регулярно посещает эфиры MTV, Многоточие играет из каждого утюга. Любителей рэпа в стране становится всё больше и больше. Лихие 90-е уходят в историю, нефтедоллары подпитывают „встающую с колен” Россиюшку. Меняющиеся социально-экономические реалии провоцируют и новые идейные запросы аудитории. Тем более, на Западе уже давно бушует подходящая для текущего момента R’n’B мода.

Начинаются попытки провести новое отрицание „кастовой” парадигмы. Тут и группа БандЭрос, и бывший соратник Влада Валова Лигалайз, внезапно зачитавший про „будущих мам”. Но всё же это не было полноценным отходом от действовавших стандартов — скорее, максимальным отклонением от них.

А вот реальный слом начался в 2007-2008 годах.

С одной стороны, стали появляться исполнители вроде D.Masta, читающие про машины, цепи, доступных тёлок и интимные отношения с ними (что было неприемлемо для “ровных” ребят предыдущей эпохи), да ещё и под стрекочущие “южные” биты словно забугорный T.I.

С другой стороны, пошёл в гору зародившийся ещё на заре 00-х баттл-рэп — тогда, правда, не в форме Versus’а, а в форме схваток на Hip-hop.ru и прочих площадках. Его развитию в немалой степени поспособствовал технический прогресс: если в 1995-м рэпперы на задрипанной студии за деньги записывались аж на VHS-кассеты, то в 2005-м начинающий исполнитель Noize MC прописывал куплеты на ноутбук в комнате московского общежития. И такие сдвиги поспособствовали приходу в жанр массы новых людей из самых разных социальных слоёв. Тут уже не было пацанской романтики, необходимости “отвечать за слова” и прочих элементов стиля уходившей эпохи. Зато был козлящий всех и вся аноним babangida, был Дядя Женя, мастерски избегавший буквы “р” в своих треках (угадайте, почему?), было немало другого интересного народа.

Постепенно баттл-рэп начинает прогрессировать и приспосабливаться к формату альбомов, выходить на сцену. И тут заграница, без сомнения, сыграла свою роль. Поживший в Германии St1m под патронажем небезызвестного Серёги (да, того, который “Чёрный бумер”) выдаёт эпохальную пластинку “Я — рэп”, отличающуюся и по звуку, и по текстам, и по подаче от всего предыдущего российского хип-хопа. Модные инструменталы, ускоренный стиль читки, показное неуважение к авторитетам отечественной рэп-сцены, а также масса обзывательств и подколов в сторону воображаемых врагов. Гляньте хотя бы клип “Война” — и вы всё поймёте.

У Стима сразу появилось огромное количество хейтеров, но подростки, выросшие уже в новую эпоху, его посыл оценили. А начатое им дело завершили уже другие лица — и уже в куда более радикальной манере. Были они, к слову, также русскими эмигрантами. Я имею в виду, в первую очередь, Oxxxymiron’а и Schokk’а.

Люди, выросшие в Европе и впитавшие западные стандарты рэпа, обрушились с почти маниакальным остервенением на российскую хип-хоп культуру, клеймя её за простоту, отднотипность, поъездность и ту самую “трушность”. Что уж говорить, если регулярным слоганом на их концертах становится незамысловатый “Нах#й Касту!” Параллельно ребята упорно сообщали слушателям о том, что имели связи сексуального характера с их мамами/подругами/сёстрами и далее по списку. Это соседствовало (а порой и перемешивалось) с душещипательными историям о жизни “лишних людей”, изгоев-эмигрантов в Европе, которая не такая уж гостеприимная, какой кажется из российского зазеркалья. Позже Oxxxymiron пояснит, что такие эпатажные ходы были “для свободомыслия, чтоб твои правила высмеять” — то бишь, предпринимались по идейным контркультурным соображениям. Параллельно примерно тем же занимаются Витя СД сотоварищи. И под высмеивание действовавших правил окончательно рушится парадигма старого рэпа и устанавливается новая.

На новом витке диалектической спирали критически важен флоу (подача), двойные и тройные рифмы, уход от бумбэп-битов. Поменялся дискурс. Текст зачастую наполняют просто панчлайнами (ударными строчками), редко используя связные истории.

Но и тут история не застыла. Рэп, начиная с 2008-2011 годов становится до жути разнообразным, “многопартийным”. Однако и тут формируется свой Олимп, одно из ключевых мест на котором занимает Oxxxymiron. Да, он изменил отечественный хип-хоп, но и сам постепенно интегрировался в мэйнстрим. Хотя, надо признать, рэпер всячески избегал “зашкваров”. Но отказы от эфиров (окромя “Вечернего Урганта”) и плевки на коммерческие предложения не помешали ему стать лицом Reebok в России и задружиться с группой “Серебро”. Как известно, убив дракона, ты сам становишься драконом. Мирон это и сам понимал, а внутренние сомнения и метания касаемо компромиссов с шоу-бизнесом легли в основу целого ряда сильных треков.

И вот на авансцену уже выходит группировка “Антихайп” и, в частности, рэпер Гнойный (он же Слава КПСС, он же Сонечка Мармеладова, он же Бутер Бродский, он же Валентин Дядька), сделавший себе славу на троллинге Мирона и (sic!) тотальном отрицании существующих культурных ценностей. Ну и вишенкой на торте стал тот самый Versus-баттл, где Гнойный строит линию атаки, упрекая Oxxxymiron’a в продажности и том, что тот “исписался”.

Но, что произошло далее? Победив главного MC страны, Слава КПСС тут же ринулся рекламировать букмейкерскую контору Leon, торговать лицом в шоу Дудя и на телеканале “Культура”. Отрицание отрицания вышло на новый виток.

Переход количества в качество

Как говорится, „не забывай свои корни”

Если долго мучиться — что-нибудь получится. То же самое и с русским рэпом.

Многие ли слушают сейчас записи хип-хоп команд из 90-х? Вряд ли. Но именно постоянная работа над материалами позволяла молодёжи в то время совершенствовать и навыки рифмовки, и мастерство создания минусов. Параллельно техническому прогрессу совершенствуются методы записи, сведения и мастеринга.

Послушайте (если сил и терпения хватит) дебютный сборник Касты под названием “Первый удар” 1997-го года. А потом “Трёхмерные рифмы” 1999-го. А потом — легендарную пластинку “Громче воды, выше травы” 2002-го. Прогресс налицо. Были ли последующие работы группы и отдельных её участников сильнее ГВВТ в творческом плане — вопрос спорный. Но то, что они были ещё качественнее — неоспоримый факт. Вслушайтесь хотя бы в звук на “Были в глаза” 2008-го.

И то же самое можно сказать про фактически любого российского рэппера — будь то Noize MC, или Oxxxymiron, или группа Каспийский груз.

Нынче Гнойный записывает по альбому за день. Продукт, надо сказать, отвратного качества. Но, возможно, со временем и он построит на этой куче мусора нечто стоящее.

Единство и борьба противоположностей.

Старик Гегель когда-то выявил, что в основе явлений и процессов лежит противоречие, которое в финале эти явления и процессы хоронит. Исходя из этой мысли, кстати, Маркс позже выдвинет тезис о неизбежном конце капитализма.

Примерно по той же схеме живут парадигмы в русском рэпе. Но возникает вопрос: что же за противоположности борются в нём, хороня империю за империей?

Примечательно, что базовое противоречие до сих пор было и есть одно. Оно лежит между стремлением к нон-конформизму с одной стороны — и коммерциализацией, шоу-бизнесом с другой. Начиная с независимых и голодных правдорубов, эмси постепенно идут на сделки с совестью, а в финале становятся сытыми и богатыми медиа-фигурами. Им на смену приходят новые молодые и злые, неся новый импульс и новые правила. Старичкам же остаётся либо подстроиться под свежие принципы игры (см.на Касту), либо уйти из неё (см.Многоточие), либо стать клоунами, зависшими в параллельной реальности (см.Мастер Шеff).

Другое противоречие заключается в устаревании формы. Уж на что модным казался “Город джунглей” от Bad Balance в конце 90-х. А сейчас его и переслушивать-то как-то неловко. Потому неминуемо наступление новых трендов и похороны старых форм.

Есть, правда, и более мелкие, в том числе и личные противоречия в каждом конкретном случае. Но на глобальные тенденции они не всегда влияют.

Таким образом, хип-хоп революции будут продолжаться, покуда не будет снято базовое противоречие между стремлением к независимому творчеству и властью бабла. А оно исчезнет лишь с уничтожением шоу-бизнеса как такового (снова привет, старик Маркс). Или же сам хип-хоп утратит своё положение в ряду популярнейших жанров, загнётся и уйдёт в тень. Тоже ведь своеобразное разрешение борьбы противоположностей.

З.Ы.

Хотелось бы заметить, что в рамках статьи рассматривались только глобальные тенденции в жанре. Многие ответвления и изыски – в том числе, арт-проекты вроде Кровостока или 2H Company – остались за рамками повествования. Что, впрочем, не влияет в итоге на выводы.

Но важнее другое. Если вдруг некоторые читатели считали, что философия – это какая-то заумная и оторванная от жизни херня или (что ещё хуже) – ванильные цитатки для туповатых пабликов, то надеюсь, что эта статья вас переубедит. И уж коль Гегель с Марксом помогают нам разобраться в самом русском рэпе, то помогут и в анализе других процессов.

Так что читайте классиков, слушайте качественную музыку, меняйте мир.

Ten wpis został opublikowany w kategorii Teksty bieżące. Dodaj zakładkę do bezpośredniego odnośnika.

Dodaj komentarz

Twój adres email nie zostanie opublikowany. Pola, których wypełnienie jest wymagane, są oznaczone symbolem *