Борис Кагарлицкий: Осень перемен

 

Единый день голосования 10 сентября 2017 планировался Администрацией президента как репетиция президентских выборов, назначенных на март будущего года. Нужно было, с одной стороны, в провинции допустить некоторую соревновательность, чтобы проверить, насколько власть пользуется поддержкой электората и насколько этот электорат отмобилизован. А с другой стороны, не допустить никаких неприятных сюрпризов. То, что эти две установки заведомо противоречат друг другу, федеральные начальники, быть может, и сознавали, но не задумывались над последствиями.

Между тем установки федерального центра вошли в явное противоречие с реальностью на местах. Региональное руководство прекрасно понимает, что обеспечить нужный результат при сложившихся обстоятельствах можно лишь жесткими административными мерами и масштабными фальсификациями. В результате все мало-мальски привлекательные кандидаты, противостоявшие «Единой России», были в регионах сняты с дистанции задолго до голосования. Причем касалось это не только реальной оппозиции, но даже и представителей КПРФ и «Справедливой России», которые только и делали, что стремились доказать свою лояльность.

Однако и эта схема потерпела неудачу в столице, где муниципальные выборы строились по иному принципу, нежели губернаторские в регионах. Кандидатов и округов здесь слишком много, все зачистить заранее было невозможно, да и не имело смысла: реальные полномочия муниципальных депутатов слишком малы. Тем не менее нет причин думать, будто применение административного ресурса здесь не планировалось.

Мэрия пошла по пути понижения явки, предпочитая не информировать население о предстоящих выборах. Не только ничего старались по возможности не сообщать в прессе, но срывали объявления, вытаскивали листовки из ящиков. Короче, беспредельничали по полной. Масштабные фальсификации тоже готовились, о чем свидетельствовал инцидент в Ново-Переделкино, где руководители местной управы были пойманы с поличным при подготовке вбросов.

Мэрия сразу же отмежевалась от попавшихся чиновников, отправив виновных в отставку. Центральная избирательная комиссия поступила хитрее, пообещав разобраться задним числом — после выборов. Но непоправимое уже случилось: чиновникам на местах стало ясно, что власть сдает своих.

Можно сказать, что события в столице подтвердили известную формулу: закономерность прокладывает себе путь через цепочку случайностей. Общее недовольство властью, копившееся годами, вырвалось наружу. «Единая Россия» потерпела беспрецедентное поражение, потеряв не только голоса, но и целые муниципальные округа. А главное, оппоненты мэрии провели достаточное количество депутатов, чтобы иметь возможность в 2018 году преодолеть муниципальный фильтр и выдвинуть своих кандидатов на пост градоначальника.

То, что произошло в Москве на выборах 10 сентября, уже окрестили «муниципальной революцией». Демократы и либералы провели беспрецедентное количество депутатов. Мэрия явно перехитрила сама себя, стараясь снизить явку. В результате пришли как раз недовольные граждане, мобилизованные через интернет. Это очевидные и общеизвестные факты.

Что не очевидно и не общеизвестно?

Во-первых, то, что политика занижения явки сработала против власти лишь в центральных районах города, где она натолкнулась на активную и уже политизированную в либеральном ключе старомосковскую интеллигенцию. На окраинах, в более «народных» кварталах, где пробивались социальные активисты и левые, эта политика оказалась более эффективной, потому что оппонентам «Единой России» там часто не хватало 10-20 голосов, чтобы прорваться. Но легко предсказать, что по мере развития ситуации будет расти надежда на перемены в самых разных слоях общества. И окраинные районы столицы тоже будут отмобилизованы. Нынешний раунд закономерно за либералами. А для левых всё только начинается.

Во-вторых, «муниципальная революция» через выборы была бы принципиально невозможна, если бы не изменилась позиция низовых чиновников. Почти все наблюдатели фиксируют сравнительно небольшое число проблем с территориальными избирательными комиссиями, хотя по опыту прошлых выборов известно, что именно там всегда протоколы нагло переписывались. И если бы это повторилось снова, никакая мобилизация «рассерженных горожан» ничего бы не достигла. Но на сей раз протест «рассерженных горожан» наложился на тихий бунт обозленных чиновников, которые саботировали попытки применения административного ресурса. Именно бунт бюрократов на местах решил исход дела (о чем, кстати, накануне выборов на страницах «Рабкора» предупреждал Вячеслав Ванеев).

Это эффект бунта чиновников явно не ограничивается масштабами столицы и будет стремительно распространяться по всей стране, радикально меняя правила игры. Кстати, это уже начало проявляться в регионах на тех же выборах 10 сентября, только внимания к подобным процессам пока недостаточно. Низовая бюрократия устала, обижена и растеряна. Она является жертвой политики власти ровно в той же степени, что и остальное население, но ещё и несет перед людьми ответственность за решения, которые принимают высшие звенья без учета не только интересов граждан, но и просто реальности.

Мы видим начало далеко идущего процесса перемен.

И каждый следующий этап будет приносить новые сюрпризы наблюдателям, демонстрируя прогрессирующий распад системы политического управления.

za: http://rabkor.ru/columns/editorial-columns/2017/09/11/wind-of-change/

Ten wpis został opublikowany w kategorii Teksty bieżące. Dodaj zakładkę do bezpośredniego odnośnika.

Dodaj komentarz

Twój adres email nie zostanie opublikowany. Pola, których wypełnienie jest wymagane, są oznaczone symbolem *